Как рожают детей

Нижеследующее повествование не следует рассматривать как описание того "как рожают у них", а скорее "как рожают в Shady Grove Adventist Hospital", поскольку все-таки практика показывает, что в разных местах правила все-таки разные, и мы будем рассказывать только о том, что видели сами. Мы не знаем, как происходит в других роддомах, и плохо представляем как это происходит в российских, поскольку подобного опыта не имеем. Мы будем рассказывать как есть - а вы уж сами сравнивайте.

Рожать мы (почему-то) решили ночью. Но не так, чтобы чуть - чуть поспать, потом проснуться и родить, а так, чтобы лечь и хоть даже чуть-чуть выспаться не было никакой возможности. Т.е. в 11 вечера. Если быть еще более точным, те странные ощущения, которые возникли в это время, через час оказались классическими схватками, коих ранее не было вообще ни в каком виде.(Причем все что пишут в книжках вроде как и правда, но как-то себе все это мероприятие представляется по-другому. С более последовательными и четко отделимыми этапами.) На тот момент мы уже знали, что именно надо делать, но плохо представляли когда.

Решив, что "час настал", [... здесь следуют душещипательные описания доползания до машины, потом до госпиталя, но это выходит за рамки того, что пишется ...], мы прибыли в госпиталь с этим длинным названием (см. вверху страницы) и уложились на кровать - трансформер. Кровать находится в специальной отдельной комнате, представляющей собой гибрид операционной и спальни. Т.е. вокруг шкафчики, кресло, зеркало в полный рост, телек. Будущего отца семейства спрашивали о чем угодно, кроме того, чего он тут делает. Т.е. вопрос о его неприсутствии вообще никак не поднимался, видимо это предполагалось. Вокруг изредка перемещались девушки из персонала, жалующиеся, что в полнолуние им надо доплачивать - слишком много привозят "активных". Кстати, у них в больницах странная мода - почему то любят они халаты не столько класснических роддомовских цветов, (т.е. бледно розово-голубого), сколько с рисунками всевозможных чебурашек, зайчиков - мишек и даже перцов со стетоскопами (сам видел, перец со стетоскопом!). Главный вопрос, который страшивают - это "будем ли ставить эпидурал". Эпидурал - некий "волшебный укол в позвоночник", чтоб не больно было рожать. Дураков не было, поэтому быстро согласились, пока глаза не соскочили на пол. Сразу подносят какие-то бумажки, просят подписать. Сцена напоминает пытку в гестапо с целью заставить сознаться в пособничестве партизанам. Вопрос о "прочитать перед подписанием", как вы все понимаете, даже не стоит ;) Начинают капельницей вливать дистиллированную воду и еще чего-то, без чего это волшебный эпидурал ставить никак нельзя. Потом приходит добрый лысый доктор, проковыривает в спине дырочку, вставляет туда трубочку, трубочка пихается в прибор с моторчиком, и этот моторчик нагоняет туда какую-то дурь, от которой всем потом хорошо.Это тот самый момент, когда выясняется, что если из процесса родов исключить компоненту мучения, это превращается в веселое развлечение. Правда, хочется спать, особенно когда поставили эпидурал, и особенно когда самая нервная и мучительная часть неожиданно прерывается. Пожаловался на это медсестре, та сгоняля папе за кофием. Красота. Сидим ждем. Нервно смеемся. (Да уж укол точно волшебный. Тут много спорят надо ли , вредно не вредно его ставить.......................Я не знаю. После укола стало все так хорошо. Что непонятно зачем все эти мучения нужны. Тут укольчик и все. Лежишь "куришь бамбук". Правда с трудом понимаешь, чего это ты тут валяешься. Может уже пойти домой.)

Периодически кто-нибудь прибегает, руками что-то измеряет, напряженно глядя в потолок, говорит что -то типа "уже восемь" и убегает до следующего раза. На потолке при этом ничего не написано. Цифры все время меняются. В какой-то момент главная среди 2х теток-медсестер, говорит что, дескать, "пора". И все бегать начинают быстрее. Ощущаешь себя в комнате с привидениями, которые носятся вокруг тебя с трубками и шприцами, тебя не замечая. Периодически чувствуешь себя неловко, потому как стоишь как дурак посреди всего этого, вроде бы даже принимаешь участие (раз не гонят и даже не просят не мешаться под ногами), но никуда бежать не надо, откачивать, втыкать или вкалывать. У папы даже халата нету. Папы как будто тут и нет. В секретном месте нажимается кнопка, потолок раскрывается и оттуда выезжает здоровый светильник, половина кровати куда-то девается, врач встает в позу вратаря, раздается команда (хотел сказать, "свисток") тужиться. Тужиться надо грамотно, поскольку будущая мать с трудом может понять когда начинаются схватки.( Да вот уж точно, понять трудно. Вроде как ничего и не чувствуешь, да и спать охото:-) Поэтому все смотрят на прибор (который заодно измеряет сердцебиение малыша), и когда у него "срабатывает", мы начинаем тужиться. Папе наконец-то нашли работу - держим роженицу за ноги (чтоб не убежала?). Мероприятие очень проходит на хоккейный матч с болельщиками. В общем, весело. Поскольку почувствовать что-либо было очень сложно (из-за эпидурала), а видно было плохо, то когда ребенок уже родился и его понесли "продувать", мамаша еще думала, что она еще беременная, и готовилась к новым потугам. После проведения (каких-то) необходимых процедур с ребенком, на новорожденную надели 2 ремешка с кодом (на каждую ногу), один ремешок с таким же кодом - маме на руку, другой - папе. Потом сидим ждем. Ничего не остается делать - все разбежались. Мы сидим в этой комнате втроем. Дитенка надо нести в "nursery", она открывается в 7-30. родились мы в 5.27. Дите орет, чего-то хочет. Приходится ходить с дитём вокруг комнаты, держать на плече и трясти, чтобы не плакало. Елизавета Петровна (теперь уже) вроде от этого успокаивается. Наконец случается открытие этой "nursery", куда медсестра отвозит ребенка и папу. Там "принимающая" медсестра, сверяет все надписи и коды на каждой из ног и на ремешке папаши. Рядом стоит практикантка, которую учат этой тюремной процедуре. К 8-ми часам я уже иду домой, несмотря на то, что папе говорят, что уходить совсем не обязательно, а можно торчать здесь хоть до потери пульса.

Потом начался т.н. "постпартум". Это такой период в твоей жизни, куда тебя помещают перед выпиской из больницы для "прихода в себя". В палату положили 2х местную, тут вроде есть и одноместные, но они - для спец. случаев. Рядом за занавеской кто-нибудь лежит (но не всегда). В этом есть определенное неудобство, потому как иногда в палате тусуется какой-нибудь народ, пришедший к соседке.
Вообще, посетители могут приходить и сидеть с утра до вечера. А папаши - в любое время дня и ночи.

В палате есть персональный телек, телефон и раковина, один на двоих сортир и душ. Лежишь на кровати - трансформере, давишь на кнопочки на пульте. На нем - управление кроватью и телевизором, вот только интернета в палате нет. Еще не дошел до них прогресс;-)
Ребенок может находиться в палате все время и забирают его только для проведения экспериментов, а если хочешь могут увезти и привезти обратно по твоему желанию.

Если кто приходит забирать ребенка, водит тебе перед носом удостоверением, что дескать, я не левая тетя, а своя, но на задании.
Персонал, начиная от врачей и заканчивая уборщиками проявляют о тебе постоянную заботу. Пошевелить пальцем не дают без их помощи. Лежишь, через какие-то промежутки времени тебе чего-то смотрят, измеряют давление и температуру, кормят, поят.

3 раза приходили священники, чего то говорили про святое причастие, благославляли. Один из них рассказывал, какой он ирландец, и большой любитель Аэрофлота. Пришла тетя, сказала что с Мерилендского университета, предлагала за деньги поучаствовать в какой - то программе по изучению детей.
В самом конце перед выпиской, тебя нагружают всяким барахлом, а именно стетоскоп (мы не брали - у нас был), клизьму, запас кормежки в бутыльках, памперсы, купоны со скидками, всевозможные бутыльки и салфетки разных размеров и предназначений, сумочку для перетаскивания холодного молока с искусственным льдом. Как потом выяснилось, в нашей округе этот госпиталь славится даванием всякого барахла. Все это погружается в смешную тележку на колесах (к сожалению, это надо отдать), и под присмотром сестры все это выводится через недра госпиталя вместе с потомством наружу в мир.

написано в декабре 2002